Два стихотворения

                                ЛЕТНИЙ ВЕЧЕР

                        Знать, солнышко утомлено:
                        За горы прячется оно;
                        Луч погашает за лучом
                        И, алым тонким облачком
                        Задёрнув лик усталый свой,
                        Уйти готово на покой.

                        Пора ему и отдохнуть;
                        Мы знаем, летний долог путь.
                        Везде ж работа: на горах,
                        В долинах, в рощах и лугах;
                        Того согрей; тем свету дай,
                        И всех притом благословляй.

                        Буди заснувшие цветы
                        И им расписывай листы;
                        Потом медвяною росой
                        Пчелу-работницу напой
                        И чистых капель меж листов
                        Оставь про резвых мотыльков.

                        Зерну скорлупку расколи
                        И молодую из земли
                        Былинку выведи на свет;
                        Пичужкам приготовь обед;
                        Тех приюти между ветвей,
                        А тех на гнёздышке согрей.

                        И вишням дай румяный цвет,
                        Не позабудь горячий свет
                        Рассыпать на зелёный сад,
                        И золотистый виноград
                        От зноя листьями прикрыть,
                        И колос зрелостью налить.

                        А если жар для стад жесток,
                        Смани их к роще в холодок:
                        И травку влагой окропи,
                        И яркой радугой с небес
                        Сойди на тёмный луг и лес.

                        А где под острою косой
                        Трава ложится полосой,
                        Туда безоблачно сияй
                        И сено в копны собирай,
                        Чтоб к ночи луг от них пестрел
                        И с ними ряд возов скрипел.

                        Итак, совсем не мудрено,
                        Что разгорелося оно,
                        Что отдыхает на горах
                        В полупотухнувших лучах
                        И нам, сходя за небосклон,
                        В прохладе шепчет: "Добрый сон".

                        И вот сошло, и свет потух;
                        Один на башне лишь петух
                        За ним глядит, сияя, вслед...
                        Гляди, гляди! В том пользы нет!
                        Сейчас оно перед тобой
                        Задёрнет алый завес свой.

                        Есть и про солнышко беда:
                        Нет ладу с сыном никогда.
                        Оно лишь только в глубину,
                        А он как раз на вышину;
                        Того и жди, что заблестит;
                        Давно за горкой он сидит.

                        Но что ж так медлит он вставать?
                        Всё хочет солнце переждать.
                        Вставай, вставай, уже давно
                        Заснуло в сумерках оно.
                        И вот он всходит; в дол глядит
                        И бледно зелень серебрит.

                        И ночь уж н_а_ небо взошла
                        И тихо на небе зажгла
                        Гостеприимные огни;
                        И всё замолкнуло в тени;
                        И по долинам, по горам
                        Всё спит... Пора ко сну и нам.

                        1818

                            К РУССКОМУ ВЕЛИКАНУ

                        Не тревожься, великан!
                        Мирно стой, утес наш твердой,
                        Отшибая грудью гордой
                        Вкруг ревущий океан.
                        Вихрей бунт встревожил воды;
                        Воем дикой непогоды
                        От поверхности до дна
                        Вся пучина их полна;
                        На тебя их буря злится;
                        На тебя их вой и рев;
                        Повалить тебя грозится
                        Обезумевший их гнев.
                        Но с главы твоей подзвездной
                        Твой орел, пространства князь,
                        Над бунтующей смеясь
                        У твоей подошвы бездной,
                        Сжавши молнии в когтях,
                        В высоте своей воздушной
                        Наблюдает равнодушно,
                        Как раздор кипит в волнах,
                        Как оне горами пены
                        Многоглавые встают
                        И толпою всей бегут
                        На твои ударить стены.
                        Ты же, бездны господин,
                        Мощный первенец творенья,
                        Стой среди всевозмущенья
                        Недоступен, тих, один;
                        Волн ругательные визги
                        Ветр, озливший их, умчит;
                        Их гранит твой разразит,
                        На тебя нападших, в брызги.

                        1851

                                Комментарии

     К РУССКОМУ ВЕЛИКАНУ. Жуковский выступает защитником политики царизма, которая в период революционного подъема в Европе подвергалась критике как вне, так и внутри страны. Орел - эмблема царской России.

...
Зато я узнал многое. Берт научил меня чистить лошадей скребницей, перевязывать им ноги, после бегов прогуливать их и множеству других полезных вещей, которые каждый должен знать. Берт умел бинтовать ноги лошади так ровно, что если бы не разница в цвете, вы подумали бы, что это не повязка, а кожа лошади, к тому же я уверен, что будь Берт белым, он стал бы знаменитым наездником и достиг бы таких же высот, как Мэрфи, Уолтер Кокс и другие.
Черт возьми, какая замечательная была жизнь! В субботу или в воскресенье приезжаете вы в главный город какого-нибудь округа; ярмарка начинается в ближайший вторник и длится до вечера пятницы. Доктор Фриц бежит, скажем, во вторник и показывает две минуты двадцать пять, а в четверг Буцефал побивает всех иноходцев в открытом заезде. У вас остается уйма свободного времени, вы слоняетесь по городу, прислушиваясь к разговорам о лошадях, и видите, как Берт сшибает с ног какого-то болтуна, который очень уж разошелся. И узнаете многое о лошадях и людях и запоминаете такие вещи, которые, если вы человек с умом и способны переварить все, что слышали, видели и чувствовали, не раз пригодятся вам в жизни.
А потом, в конце недели, когда бега заканчиваются и Гарри спешит домой, чтобы заняться своей конюшней, вы с Бертом запрягаете своих лошадок в тележки и едете к месту следующих состязаний, едете медленно, в свое удовольствие, чтобы лошади не перегрелись, - и так далее, сами понимаете!
Ах, великий боже! По краям дороги растут орешник, бук, дуб и всякие другие деревья, на них бурые и красные листья, и пахнут они так хорошо! А Берт поет песню, которая называется «Глубокая река», а из окон фермерских домов выглядывают девушки. Ну, чего стоят против всего этого ваши колледжи! Я-то знаю, где я получил образование!
И вот, скажем, в субботу под вечер на вашем пути попадается этакий городишко, и Берт говорит: «Давай, остановимся здесь», и вы так и делаете.
Вы отводите лошадей на постоялый двор, кормите их, достаете из сундучка свою лучшую одежду и наряжаетесь.
В городе полно фермеров, которые таращат на вас глаза, - понимают, что вы при беговых лошадях состоите. Многие мальчишки никогда раньше не видели негра и разбегаются в страхе, когда вы двое появляетесь на главной улице...