... Он пришел в
охотничьем костюме, с ружьем, собака легла у его ног. Ах! но мужчины... они
часто во зло употребляют прекрасные качества нашего нежного сердца, они не
хотят знать, сколько страдаем от них мы, бедные женщины! (Молчание.)
Конечно, есть и между нас такие, которых весь интерес в жизни составляют
низкие материальные расчеты, хозяйственные хлопоты. Но это проза, проза! что
бы мне ни говорили, а это проза. Есть даже такие, которые рассуждают о
разных ученых предметах не хуже мужчин, но я не признаю их женщинами. Они
могут быть умны, учены, но вместо сердца у них лед. (Молчание.) Когда мне
приходят такие мысли в голову, я всегда вспоминаю об моем Поле. Ах! сколько
он должен иметь успехов между женщинами! Я наперед рада за него. Как приятно
это для матери! Ах, дети! дети! (Нюхает спирт и потом звонит.)
Входит лакей.
Лакей. Чего изволите-с?
Прежнева. Что, барин не приходил еще?
Лакей. Никак нет-с.
Прежнева. Когда он придет, пошли его ко мне.
Лакей. Слушаю-с. (Уходит.)
Прежнева. Он такой чувствительный, нервный мальчик! Весь в меня. Его бы
надобно беречь, лелеять, а я не могу; я не имею средств. После такого
прекрасного воспитания он, по несчастию, должен служить. Там эти
столоначальники... все они в таких странных фраках... а он такой нервный,
такой нервный!., я верю, что его все притесняют, потому что ему все
завидуют.
Входит Поль.
&..
|
